9 новых книг о кино на «Non/fiction»: Выбор КиноПоиска

9 новых книг о кино на «Non/fiction»: Выбор КиноПоиска

Иллюстрация из книги Мэтта Трифта «Как снять кино за 39 шагов»


С 29 ноября по 3 декабря в Москве в Центральном доме художника пройдет очередная
ярмарка интеллектуальной литературы «Non/fiction». КиноПоиск рассказывает о новых книгах про кино, которые там можно будет приобрести.

1. Мэтт Трифт. «Как снять кино за 39 шагов»



Что общего у Спилберга и Финчера, Кубрика и Нолана, Тарантино и Кэмерона? Все они великие «неучи», ставшие выдающимися режиссерами без специального образования. Книга Мэтта Трифта, название которой отсылает читателей к фильму еще одного гения-самоучки — «39 ступеням» Альфреда Хичкока, — не расскажет, как подобрать ключи к входу в Голливуд. Зато поможет избавиться от страхов и сомнений многим будущим кинематографистам, которые не решаются сделать первый шаг, взять в руки камеру и начать снимать свой дебютный фильм прямо сейчас.




Табличка из кабинета Билли Уайлдера с надписью «А что сделал бы Любич?» / Фото: gointothestory.blcklst.com


Цитата: «В офисе великого режиссера-эмигранта Билли Уайлдера висела табличка „А что сделал бы Любич?“. Она служила для него источником вдохновения и постоянно напоминала о его кумире, блестящем режиссере ранней комедии Эрнсте Любиче. Работая над раскадровкой, очень полезно обратиться к опыту других режиссеров и выяснить, как они ответили на вопросы, которые встают перед вами. Решите для себя, кто может служить для вас образцом, и черпайте вдохновение в его мастерстве. Ищите вдохновение в самых неожиданных местах. Количество способов снять и поставить любую сцену бесконечно. Нет единственно верного варианта. Не только ради ключевых сцен можно обращаться за помощью к своим кинокумирам. И не стоит смотреть кино лишь для того, чтобы воспроизвести их авторские приемы или отдать им должное».


Мэтт Трифт. «Как снять кино за 39 шагов». М.: «Манн, Иванов и Фербер», 2018

2. Филип Гласс. «Слова без музыки: Воспоминания»



Даже если вы не знаете имени Филипа Гласса, вы, несомненно, слышали его музыку в фильмах «Фантастическая четверка», «Мечта Кассандры», «Иллюзионист», «Забирая жизни», «Тайное окно», «Часы», «Шоу Трумена», «Кундун», а также «Елена» и «Левиафан» Андрея Звягинцева. В книге, написанной к его восьмидесятилетию, крупнейший американский композитор-минималист, оказавший влияние на Дэвида Боуи и Брайана Ино, оглядывается на свою жизнь. Гласс видит ее как протянувшееся во времени и пространстве «место музыки», куда можно возвращаться, как в Балтимор или Индию, и там «думать музыку». Музыка Филипа Гласса — это и есть его мысль и слово, это и есть та модальность, в которой работают его сознание, воображение и память.




Филип Гласс


Цитата: «В своих работах для кино я продолжал по возможности практиковать тот метод сотрудничества, к которому пришел, работая для театра и сочиняя оперы. Я из принципа старался присутствовать при всем процессе создания фильма, в том числе надолго приезжал на натурные площадки, часами наблюдал за процессом монтажа. В целом моя стратегия состояла в том, чтобы как можно дальше отойти от стандартной роли композитора в традиционном кинопроцессе, где сочинение музыки относится к постпродакшену, а сама музыка — ингредиент, который надо добавить чуть ли не в последнюю очередь, на финальном этапе создания произведения. Собственно, в 1980—1990-е годы я экспериментировал с ролью композитора в общей структуре рабочего процесса. Годфри [Реджио] весьма интересовался этим новаторским подходом и охотно выслушивал все предложения.


Годфри решил, что хочет использовать в начале фильма [«Кояанискатси»] кадры запуска ракеты, взятые из архива НАСА.


— Как ты думаешь, какая музыка тут нужна? —
спросил он.


— Послушай, — сказал я, — ты будешь показывать этот фильм в больших кинозалах. История кино — это еще и история театра, а история театра восходит к соборам. Вот с чего начинался театр — с представлений в жанре мистерии. Давай вернемся к идее, что, входя в театр, мы фактически входим в огромный храм. Какой инструмент мы там услышим? Орган. Пожалуй, неслучайно, что в кинотеатрах немого кино таперы играли на органах».


Филип Глас. «Слова без музыки: Воспоминания». СПб.: «Издательство Ивана Лимбаха», 2017

3. «Кассаветис»



Издательство «Сеанс» запускает новую серию книг «Классики мирового кино», первой из которых стал сборник «Кассаветис», посвященный одному из самых ярких авторов американского независимого кино XX века — Джону Кассаветису (1929—1989). Статьи отечественных кинокритиков, вошедшие в книгу, рассказывают о различных ипостасях главного ее героя — киноактерской («Ребенок Розмари»), театральной, режиссерской («Тени», «Мужья», «Женщина под влиянием» и т. д.) — и прослеживают значительное влияние, оказанное работами Кассаветиса на мировой кинематограф и театр. Издание дополняет подборка цитат из интервью режиссера.




Миа Фэрроу и Джон Кассаветис в фильме «Ребенок Розмари»


Цитаты из различных интервью Джона Кассаветиса: «Разве не удивительно, что можно снять фильм без единой сцены насилия, и с него из зрительного зала в ужасе сбегут пятьсот человек?


Я никогда не видел, как взрывается вертолет. Никогда не видел, как кому-нибудь сносят голову. С какой стати я должен снимать об этом кино? Но я видел, как люди постепенно разрушают себя; видел, как люди отгораживаются от жизни, прячась за политическими идеями, наркотиками, сексуальной революцией, фашистскими лозунгами, лицемерием. Я и сам такой. Поэтому я могу их понять.


В своих фильмах мы стараемся говорить об очень хрупких вещах. С нежностью. У нас есть проблемы, ужасные проблемы, но это человеческие проблемы».


«Кассаветис». СПб.: «Сеанс», 2017

4. Антон Долин. «Оттенки русского»



Антона Долина особо представлять не нужно. Это один из немногих отечественных критиков, имя которого известно в России всем, кто интересуется кино — журналист, радиоведущий, кинообозреватель в телепрограмме «Вечерний Ургант», главный редактор журнала «Искусство кино». В своей новой книге «Оттенки русского» критик собрал личные наблюдения за отечественным кино последних лет, адресовав сборник «тем, кто осуждает, любит, презирает, не понимает, хочет разобраться». Отдельные главы посвящены творчеству Алексея Германа, Александра Сокурова, Киры Муратовой, Алексея Балабанова и Андрея Звягинцева.




Антон Долин / Фото: Элен Нелидова


Цитата: «У нас молодое кино и молодое государство. Возможно, все впереди. Появилась новая волна женского кинематографа (Валерия Гай Германика, Оксана Бычкова, Нигина Сайфуллаева, Анна Меликян), оспаривающего тоталитарно-патриархальные основы российской кинокультуры. Поднимают голову регионы, а те из них, которые обладают самобытным национальным кодом, как в Якутии, выстраивают собственную систему кинопроизводства, успешно завоевывая доверие локального зрителя. Режиссеры потихоньку учатся снимать фильмы, не прося деньги у государства, — так сделаны „Ученик“ и „Нелюбовь“. Классик российской анимации Гарри Бардин добился и вовсе невероятного: его мультфильм „Слушая Бетховена“ снят на средства, собранные при помощи краудфандинга. Значит, еще неснятую работу профинансировал ее будущий зритель. И шанс на диалог с ним у нашего избалованного, незрелого и несовершенного кино все еще есть».


Антон Долин. «Оттенки русского: Очерки отечественного кино». М.: Издательство «АСТ», «Редакция Елены Шубиной», 2018

5. Инухико Емота. «Теория каваии»



Современная японская культура обогатила языки мира понятиями «каваии» и «кавайный» («милый», «прелестный», «хорошенький», «славный», «маленький»). Япония просто помешана на всем милом, маленьком, трогательном, беззащитном. Автор новой книги Инухико Емота рассматривает феномен каваии и эволюцию этого слова, начиная со средневековых текстов и заканчивая современными практиками: фанатичное увлечение мангой и анимэ, косплей и коллекционирование сувениров, поклонение идол-группам и мимимизация повседневного общения находят здесь теоретическое обоснование. Сопоставляя каваии с другими уникальными понятиями японской эстетики, используя примеры из кино и литературы, автор размышляет, действительно ли каваии представляют культуру Японии.




Команда девочек-волшебниц из японской франшизы «Сейлор Мун»


Цитата: «„Сейлор Мун“ примечательна не тем, что происходит после того, как пять девочек-героинь меняют внешность, но самим фокусом повествования, в котором находится трансформация внешности. <...> Кого же должны победить эти лунные девочки в матросках? Во многих случаях женщину — воплощение зла, обладающую зрелым, взрослым телом. Такие женщины, как правило, „секси“: у них огромных размеров грудь и кожа одного из основных цветов спектра (синяя, красная, желтая, белая); метафорически они связаны со змеями, ящерицами или вьющимися растениями, их практически полуголые фигуры обнимают земной шар или его субститут в лице Мамору-куна. <...> В „Сейлор Мун“ зрелое половое существование — синоним зла. А стало быть, мир по-настоящему спасти могут только девочки, подвергающие сомнению зрелость, стоящие перед водоразделом, предполагающим гендерную определенность, и отличающиеся от женщин как сексуальных объектов. Отметим, что иероглиф „месяц“ („цуки“) в имени Цукино ассоциируется с первой менструацией (яп. „цуки-но моно“), то есть с началом пубертатного периода».


Инухико Емота. «Теория каваии». М.: «Новое литературное обозрение», 2018

6. Александр Талал. «Миф и жизнь в кино»



Почему полностью выдуманная драматическая история часто кажется нам более правдивой, чем сама жизнь? Этой теме посвящает свою книгу известный российский сценарист, преподаватель сценарного мастерства Александр Талал («Дневной дозор», «Черная молния»). Автор знакомит читателя с техниками, которыми используют создатели захватывающих киноисторий, сочетая и смешивая мифические и жизненные элементы, правду и ложь. На примере нескольких сотен известных кинофильмов и сериалов Талал объясняет, как эти приемы воздействуют на аудиторию и помогают добиться зрительского успеха. Он предлагает зрителям и читателям разобраться, какие элементы в кино относятся к вымыслу и художественным условностям, а о каких мы говорим: «это правда жизни», «это про жизнь».




Александр Талал


Цитата: «Ломая так называемую четвертую стену, Фрэнк [Андервуд из „Карточного домика“] обращается к зрителю напрямую с экрана и посвящает его в свой внутренний мир. (Как уже говорилось, герой-рассказчик обладает особой способностью располагать к себе.) Он доверяется нам, он принимает нас в наперсники, высказывая без стеснения голую правду о своих намерениях и мировоззрении, чем и подкупает. Нам не в чем его подозревать, он весь как на ладони. Он честен со зрителем, и если не рассказывает нам свой план заранее, то лишь по той причине, что план его обычно срабатывает. Такой контакт сближает еще больше, чем закадровый голос. И, возможно, когда Фрэнк перейдет и эту грань и жестоко обманет самого зрителя, тот все равно уже не сможет перестать следить за его судьбой, как это бывает в отношениях с человеком, который хоть и сволочь, но все же старый друг. Заметьте: речь идет не о категориях „плохой / хороший“, а лишь о механизмах идентификации. Не почему нам нравится герои?, а почему мы хотим продолжать смотреть на него».


Александр Талал. «Миф и жизнь в кино: Смыслы и инструменты драматургического языка». М.: «Альпина нон-фикшн», 2018

7. Надежда Кожушаная. «Зеркало для героя. Том 1»



Советский и российский кинодраматург Надежда Кожушаная (1952—1997) — одна из самых одаренных сценаристов эпохи перемен, конца 1980-х — начала 1990-х годов. Ее фильм «Зеркало для героя» задолго до «Дня сурка» предвосхитил сюжетную ситуацию с многократным повторением событий одного и того же дня, хотя рассказывал совсем о других проблемах. Лента «Нога» оказалась, вероятно, лучшей картиной о войне в Афганистане, а «Прорва» — наиболее точным и глубоким высказыванием тех лет о сталинской эпохе. В первый том ее нового, наиболее полного собрания сочинений, опубликованного издательством «Сеанс», вошли заявки, сценарии и другие произведения, написанные Кожушаной до 1990 года, во время и после обучения на Высших курсах сценаристов и режиссеров. Б?льшая часть представленных текстов публикуется впервые.




Надежда Кожушаная


Цитата из предисловия Юрия Норштейна: «Мне кажется, мультипликация давала Наде даже б?льшую свободу, чем кино. Мультипликация не ограничена ничем, кроме нравственности. Искусство есть только там, где сочетается реальность с фантазией, и здесь Надя не была ограничена ничем. Хотя в мультипликации сценарий — это некая штурманская карта, а не основа всей работы. Пути все равно выбирает художник-режиссер. И Надя это очень хорошо понимала. Она как раз не настаивала: „это мое“, „только так“, „тут ты отклонился“... Она человек была в этом смысле широкий, что опять-таки говорит о ней как о человеке одаренном. А за своих она всегда очень переживала. Я помню, ребята мне показывали материал. Они талантливые, поэтому с ними я был откровенен. Через некоторое время звонит Надя: „Вы моих видели?“ — „Видел“. — „Навешали им?“ И тут она спокойно и доходчиво, без полутонов определила, что им нужно навешать. Она не могла быть злобной. Но Надя в момент творчества — это Орлеанская дева. В этом она, конечно, была абсолютно бескомпромиссна. Тут стоял вопрос жизни и смерти. И ничего другого. В эту топку клалось все — всю свою цепочку душевную она туда вкладывала».


Надежда Кожушаная. «Зеркало для героя. Том 1. Самый первый счастливый день». СПб.: «Сеанс», 2017

8. Сергей Тепляков. «От Истока к истоку: Жизнь Валерия Золотухина»



Первая в отечественной литературе полновесная биография актера Валерия Золотухина (1941—2013) основана на тщательном изучении двадцати с лишним книг прозы и дневников актера, многочисленных интервью, а также множества воспоминаний друзей, коллег по театру и кинематографу, знавших его близко. Автор книги, алтайский журналист и писатель Сергей Тепляков, земляк актера, пытается охватить в своем исследовании не только более-менее известные вехи жизни Золотухина (сто ролей в фильмах и больше сорока ролей в театрах). Отдельный предмет интереса биографа — то, что связывало его героя с родным краем и алтайским селом Быстрый Исток.




«Бумбараш»


Цитата: «Фильм „Бумбараш“ начинается с шуточного — с полета Бумбараша на воздушном шаре, продолжается легкомысленным „Наплевать, наплевать, надоело воевать“, но потом с каждым поворотом колеса истории становится все горше и горше, а кончается и вовсе жутко: брат Гаврила убивает Варю на глазах Бумбараша: „Так не доставайся же ты никому!“ (Евгений Митько в своем сценарии оказался добрее авторов фильма — у него Гаврила стреляет в Варю по случайности.) Крупный план, на котором только лицо Бумбараша-Золотухина, продолжается полминуты. За кадром звучит „Ходят кони“ — сначала голос Золотухина, а потом и Юрия Смирнова, игравшего Гаврилу; затем они поют уже вместе: „Вот и прыгнул конь буланый с этой кручи окаянной“. В этом есть уже что-то страшное, и страшное происходит: Бумбараш должен решиться, он берет револьвер и стреляет.


Сценарий заканчивается выстрелом Бумбараша. В фильме же на этом дело не кончилось: вот Бумбараш идет живой, глаза у него жуткие. Это еще отрок Варфоломей, но уже с револьвером. Убил он Гаврилу или нет, ответа не дается, мертвого Гаврилу нам не показывают. Тогдашний зритель вряд ли чувствовал эту неопределенность, но нынче смотришь другими глазами, и кажется, что создатели фильма специально сделали вот так — оставили возможность, что не до конца озверел Бумбараш».


Сергей Тепляков. «От Истока к истоку: Жизнь Валерия Золотухина». М.: Издательство «Весь мир», 2018

9. Ольга Кононова, Максим Муссель. «Мобильное кино: 100 шагов к созданию фильма»




Сегодня даже звезды все чаще снимают кино с помощью смартфонов — от Гари Олдмана и Спайка Джонса до Оливии Уайлд. Фестиваль в Торонто устраивает конкурс минутных фильмов вместе с Instagram. Лента Стивена Содерберга, снятая на iPhone, выйдет в широкий прокат весной 2018-го. «Ничего с момента появления ручки, пера и чернил не было столь революционным. Ты можешь взять и начать создавать произведение искусства», — считает режиссер Максим Муссель, один из главных российских пропагандистов этого направления. Чтобы доказать, насколько это просто, он вместе со сценаристом Ольгой Кононовой написал мотивационную книгу «Мобильное кино: 100 шагов к созданию фильма».





Цитата: «Для съемок вам нужен только смартфон. Решение сделать мобильный фильм
не должно повлечь дополнительных расходов. Просто доставайте из кармана ваш гаджет и приступайте к делу. Не нужно отговорок, что модель допотопная, камера слабая и картинка выглядит, как будто это некачественная пиратская копия. Берите смартфон, который есть у вас сейчас, и задайтесь вопросом, какой материал, снятый с его помощью, будет выглядеть наиболее выигрышно и интересно. Может, нечеткое изображение подойдет для истории в ретростиле, а расплывчатые тени на экране помогут создать атмосферу ужаса в хоррор-фильме. Используйте наилучшим образом те возможности, которые у вас есть».


Ольга Кононова, Максим Муссель. «Мобильное кино: 100 шагов к созданию фильма». М.: «Альпина нон-фикшн», 2018


КиноПоиск представляет свой новый партнерский проект — собственную полку с книгами о кино на сайте «Букмейт», сервисе для чтения электронных книг по подписке. Следите за книжными новинками на КиноПоиске — читайте на «Букмейте»!





Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.