Культовые сериалы: Как «Западное крыло» воспитало поколение Обамы

Культовые сериалы: Как «Западное крыло» воспитало поколение Обамы

«Западное крыло»


После того как на выборах президента США победил Дональд Трамп, Google Trends зафиксировал два скачка интереса к сериалу «Западное крыло». В день объявления результатов голосования и в день инаугурации пользователи Google начали искать шоу с удесятеренной силой. Поскольку руководить страной избрали «реального упыря», проигравшие граждане искали утешение в главной политической сказке современного телевидения.


«Западное крыло» — это как «Скорая помощь», только про мир большой политики. Сериал документирует жизнь президентской администрации: как устроен рабочий график президента, как он отдыхает и отдыхает ли, как живут и работают все, кто вместе с ним управляет большой страной. Декорации сериала повторяют помещения Белого дома настолько детально, что во время съемок Секретная служба из соображений безопасности попросила студию Warner Bros. ограничить доступ посторонних в павильон.


Главные герои сериала — президент Джед Бартлет (Мартин Шин), глава президентской администрации Лео МакГэри (Джон Спенсер), замглавы президентской администрации Джошуа Лайман (Брэдли Уитфорд), его секретарша Донна (Джанель Молони), директор по коммуникациям Тоби Зиглер (Ричард Шифф), замдиректора по коммуникациям Сэм Сиборн (Роб Лоу), пресс-секретарь Белого дома Си Джей Крэйг (Эллисон Дженни) и личный помощник президента Чарли Янг (Дьюли Хилл), плюс еще несколько десятков персонажей.




«Западное крыло»



На протяжении семи сезонов зрители следят за тем, как эта блистательная команда проводит вместе два президентских срока — с техногенными катастрофами, политическими кризисами, терактами, угрозами войны, дипломатическими историями и вечной борьбой с Республиканской партией. Разумеется, на одной политике сериал не сделаешь, поэтому герои влюбляются и женятся, попадают в очень смешные ситуации и страшные скандалы и переживают драматические события вроде покушения на президента в финале первого сезона.


Первые четыре сезона «Западного крыла» придумал и написал великий голливудский сценарист Аарон Соркин. Было это еще в те далекие времена, когда Соркин жестко злоупотреблял кокаином, и качество его прозы было существенно выше, диалоги — острее, а патетики в ней было меньше. Если вы знакомы с Соркином по сериалу «Служба новостей», не волнуйтесь: в «Западном крыле» нет такого пафоса. Конечно, Соркин не может совсем обойтись без возвышенных монологов, но все они уравновешены сценой, деталью или диалогом, которые возвращают зрителя в реальный, неидеалистичный мир. При этом важно понимать, что «Западное крыло» — это не сериал про то, как обстоят дела на самом деле, а попытка одного талантливого автора придумать идеальный мир — Америку, в которой он хотел бы жить сам.


1999-й, год выхода сериала — это для Соркина и многих американских либералов время предчувствия больших изменений. За спиной первый срок Клинтона — он больше не любимец демократов, а утопающий в скандалах президент. Американское общество погрязло в цинизме, со дня на день выборы выиграет младший Буш — воплощение всего самого ужасного и омерзительного. В этот момент, как кажется Соркину, стране нужен ориентир, нужна какая-то альтернатива. И он придумывает «Западное крыло».




Аарон Соркин / Фото: Getty Images



В его Америке президентом становится лауреат Нобелевской премии по экономике. В его Белом доме работают люди, которые верят в то, что делают, и их подход к политике — «практический идеализм». При этом они остаются живыми людьми: могут быть циничными, совершают ошибки, способны на плохие поступки и даже на предательство. В одной из лучших серий президента просят помиловать осужденного на смертную казнь. Джед Бартлет — убежденный католик и противник смертной казни, но помилование осужденного серьезно повредит ему на грядущих выборах. И он выбирает политику, а не личные убеждения. Однако вся серьезность, как уже говорилось, уравновешивается юмором. Например, таким: в первой серии Сэм Сиборн провел ночь с девушкой, оказавшейся проституткой. Понимая возможные последствия, он докладывает своему непосредственному начальнику Тоби Зиглеру:


— Тоби, кажется, я случайно переспал с проституткой.


— В смысле случайно? Ты что, споткнулся?


За пределами Америки сериал у многих вызывал смешанные чувства — от недоверия до агрессивного раздражения. У русского зрителя, причем любых политических убеждений, с «Западным крылом» обычно проблемы: мы слишком циничные, чтобы в такое верить. Мы понимаем «Босса» и «Карточный домик», потому что там близкие и понятные нам циничные коррупционеры. А в «Западном крыле» — восторженные идеалисты, которые в наших широтах не встречаются, а если и встречаются, то долго не живут. Поэтому для просмотра важно выбрать правильную оптику — помнить, что Соркин писал сериал «о небесной Америке».




«Западное крыло»



Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что «Западное крыло» — это один из лучших сериалов за всю историю телевидения. Он рекордсмен по количеству номинаций и побед на «Эмми». Четыре года подряд сериал Соркина собирал статуэтки практически во всех категориях — и лучшие мужские/женские роли, и лучший сценарий, и лучший эпизод, и лучший сериал.


«Западное крыло» популяризировал любимый прием Аарона Соркина — «walk and talk». Соркин любит текст. Он пишет ради пространных диалогов и возвышенных монологов. Его средний диалог всегда богаче, разнообразнее и длиннее, чем диалог любого другого автора, и это одна из его визитных карточек. Но зрителю сложно смотреть на говорящие головы, поэтому в «Западном крыле» большая часть разговоров происходит на ходу: двое героев ведут сложносочиненную беседу, а вокруг них кипит бурная жизнь Белого дома. После «Западного крыла» этот прием стал частью джентльменского набора сериальных авторов. Достаточно вспомнить «Доктора Хауса», в котором значительная часть сцен с длинными, нагруженными медицинскими терминами разговорами также происходит на ходу.


Читайте также: Культовые сериалы: Как «Прослушка» изменила телевидение


«Западное крыло» стало частью культурного кода американцев и во многом сформировало поколение идеалистов, которых называют «поколением Обамы». Молодые люди, выросшие на «Западном крыле», — это та самая молодежь, которая обеспечила победу Барака Обамы на его первых президентских выборах. Сериал Соркина заставил их поверить в возможность перемен, в то, что страной могут управлять не только ужасные циники, но и восторженные идеалисты.




«Западное крыло»



С Обамой же связана и другая, совершенно невероятная история. В шестом сезоне, когда Соркин давно уже покинул проект, сценаристы придумали нового героя — конгрессмена Мэтью Сантоса (в исполнении Джимми Смита). Сантос, прогрессивный демократ-латинос, должен стать кандидатом от Демократической партии, которого поддержит на выборах уходящий со своего поста президент Бартлет. Сценаристы стали искать прототип и нашли: им стал никому тогда не известный конгрессмен от штата Иллинойс Барак Обама. Авторы списали с него все — от его манеры говорить и риторики (слова о надежде и возможности перемен) до мелких деталей (экранный персонаж, как и настоящий Обама, был страстным поклонником Боба Дилана). В сериале конгрессмен провел блистательную предвыборную кампанию и стал президентом. А несколькими годами спустя то же самое проделал Барак Обама. И его кампания как две капли воды была похожа на сериальную.



Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.