Зима без клюквы: Что иностранцы снимают о России

Зима без клюквы: Что иностранцы снимают о России

«Профессионал»


Первое, что может прийти в голову при словах «иностранные кинематографисты снимают кино о России», — это, конечно, Шварценеггер в роли красного копа («Какие ваши доказательства?»), усы Омара Шарифа на фоне нафталиновых снегов и бесконечная галерея военных преступников, бандитов, сотрудников KGB и прочих темных личностей в голливудских фильмах. Однако, помимо этого карикатурного образа, существует и другой взгляд (или даже взгляды) из-за границы.


Если для Америки Россия со времен холодной войны выступала в качестве комиксоидного злодея (и сейчас, после некоторого потепления конца 1980-х и 1990-х, эта роль снова актуальна — едва ли не сильнее, чем когда-либо), то Западную Европу интересует здесь и искусство (причем не только тексты, но и личности), и коммунистические идеи, которыми тамошние интеллектуалы успели переболеть, и события революции и Второй мировой. Для Восточной же Европы Россия — довольно неприятный и агрессивный сосед, и это отношение легко считывается в картинах из Польши, Чехии, стран Балтии.




«Красная жара»



Многообразие российских сюжетов в зарубежном кино можно будет увидеть на примере ретроспективы зарубежных фильмов о России «Эхо единорогов», которая проходит в Москве с 18 по 23 сентября. В ней представлены картины — участники фестиваля «Неделя российского кино», который с 2016 года проводится в Лондоне. То, как преломляется русская тема под взглядом иностранца, — предмет для диссертации, а то и не одной, но даже в фильмах ретроспективы виден срез тех неизбывных сюжетов, которые звучали почти в каждом фильме о России в ХХ веке и благополучно перешли в ХХI.

Толстоевский жив

Конечно, главным предметом российского культурного экспорта всегда была наша литература. Нет ни одной декады в истории кино, которая обошлась бы без знаковой экранизации русской классики, и хотя Вуди Аллен еще в 1975 году довольно зло высмеял все присущие им штампы в своем фильме «Любовь и смерть», они так и не выходят из кинематографической моды.


«Любовь и смерть»



Например, «Анна Каренина» — одна из тех книг, которые не дают покоя режиссерам. Эту героиню среди прочих играли такие звезды, как Грета Гарбо и Вивьен Ли. В 2012 году за адаптацию романа взялся Джо Райт, который, как большинство иностранных постановщиков, убрал из него все философские вопросы и размышления о народных судьбах (Левин болтается где-то на обочине кадра, но, как и в книге, никого не интересует), оставив только историю аристократического адюльтера в максимально роскошной обстановке.


С одной стороны, это снова фантазия о России, которую мы потеряли (и которой на самом деле никогда не существовало), и все штампы в виде мехов, снегов и бриллиантов здесь на месте, с другой — режиссер заранее снял с себя все возможные обвинения в неправдоподобности и отступлениях от священного авторского текста, перенеся действие на сцену и сделав его почти по-оперному условным. Как ни странно, «Карениной» это очень идет, и если бы не откровенный мискастинг в главных ролях (Кира Найтли — Анна, Аарон Тейлор-Джонсон — Вронский), эту версию можно было бы назвать одной из лучших.




«Анна Каренина»



В подходе режиссеров к произведениям русских писателей последнего времени виден тот же тренд, что и в экранизациях любой другой классики — от этнографической точности ко все большей условности, когда герои и коллизии перемещаются в другое время, среду или измерение. Скажем, «Любовники» Джеймса Грея (2008) — это вольная адаптация «Белых ночей» Достоевского (попробуйте догадаться, глядя на эту абсолютно нью-йоркскую историю). Ричард Айоади в «Двойнике» (2013) перенес сюжет того же Федора Михайловича уже в какие-то совсем потусторонние кафкианские декорации, никак не привязанные ни к России, ни к реальности вообще. А действие «Леди Макбет» Уильяма Олдройда (2016), основанного на романе Лескова «Леди Макбет Мценского уезда», происходит в викторианской Англии и выглядит там абсолютно органично, хотя никто из действующих лиц не обладает загадочной русской душой. Это, конечно, отдельная тема — уже не про Россию, но мы видим, что русские авторы оказываются не менее универсальными и понятными где угодно, чем, например, Шекспир, так что снижения интереса к ним, наверное, в ближайшие лет сто ждать не стоит.




«Двойник»

Балет и прочие искусства

Литературой, конечно, отражение русского искусства в кино не ограничивается. Еще одна тема, бесперебойно поставляющая сюжеты и героев, начиная с золотого века Голливуда, — русский балет (от жестокой мелодрамы «Не отпускай меня» 1953 года о судьбе балерины Большого до не менее жестокого шпионского триллера «Красный воробей» 2018-го опять-таки о судьбе балерины Большого). Эти фильмы чаще всего строятся на махровых стереотипах, но и здесь случаются попытки подойти к теме с не самой стандартной стороны.




«Красный воробей»



«Полина» (2016), режиссерский дебют в кино знаменитого хореографа Анжелена Прельжокажа (в соавторстве с Валери Мюллер), основана на французском графическом романе. Возможно, поэтому танцевальные эпизоды и визуальные образы здесь получились ярче, чем сама история, довольно тривиальная. Это привычный сюжет о талантливой девочке из провинции, мечтающей стать звездой. Но если родители видят дочку на сцене Большого театра, то сама она предпочитает современный танец и сбегает от классической школы в Париж, где через все положенные тернии добивается в итоге успеха и независимости. Русский каст и настоящая балерина из Мариинки Анастасия Швецова в главной роли придают фильму убедительности, хотя ему лучше удается говорить на языке танца, нежели драмы.




«Полина»



В ряду русских культурных хештегов (Толстой, Чехов, Большой и т. д.) не обойтись без Станиславского, метод которого, мало того что навсегда изменил американское кино в конце 1950-х — начале 1960-х, так его влияние обнаруживается вдруг в самых неожиданных местах. Как, например, в фильме бразильско-португальско-российского производства «Красный русский» о двух молодых бразильских актрисах, приехавших в Москву изучать ту самую знаменитую систему Станиславского. Мокьюментари, основанное на дневниках одной из героинь, рассказывает об их приключениях на далеком белом Севере (с тем, что в иностранных фильмах о России у нас тут вечная зима, надо просто смириться). Здесь и знакомство с московской богемой, и любовные приключения с этими непонятными русскими мужчинами, и поездки на метро, производящем на девушек неизгладимое впечатление. Может, само по себе и невеликое, это кино предлагает необычный и свежий взгляд с той стороны, о которой русский зритель и сам знает только по определенному набору штампов, а тут может увидеть живых людей, не таких уж и непохожих на нас.




«Красный русский»

Сталин и ГУЛАГ

Еще одна неисчерпаемая тема, связанная с Россией, которая приобретает все большую актуальность, по мере того как холодеет международный политический климат, — это все, что связано со сталинским временем — от образа самого диктатора, служащего наглядным олицетворением того зла, которое часто воплощает Россия на экране, до диковинной и пугающей обстановки, которая отлично подходит для целого ряда жанров, хоть сатиры, хоть ужастика.




«Смерть Сталина»



Конечно, здесь первым делом на память приходит недавний скандал, сопровождавший попытку выпустить в российский прокат «Смерть Сталина» Армандо Ианнуччи (2017). Сатира, придуманная французскими комиксистами Фабиеном Нури и Тьерри Робином и перенесенная на экран британским режиссером, оказалась настолько точной в деталях и нездешне смелой в своем тираноборческом настрое, что напугала власть предержащих не по-киношному всерьез. И хотя в фильме исследуется опять же вполне универсальная идея о том, что всякая власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно, это, увы, все-таки фильм о России, причем вся история с прокатом делает его неприятно актуальной.


Такая же участь постигла на несколько лет раньше картину совсем другого калибра — диковатый и местами очень клюквенный нуар «Номер 44» (2014) по роману Тома Роба Смита. В нем сталинская Россия служит фоном для мрачной истории о поимке серийного убийцы (которую осложняет то, что по личному распоряжению товарища Сталина убийств в СССР нет) и предстает, как и в картине Ианнуччи, территорией ужаса и абсурда, соединенных в неразрывное целое.




«Номер 44»



Но на этой территории разворачиваются и вполне реалистичные сюжеты, как, например, в латвийско-финско-чешской копродукции «Хроники Мелании» (2016), рассказывающей историю женщины, которая вместе с мужем и сыном вошла в число 15 000 латышей, депортированных в Сибирь в 1941 году. Пройти через ужасы лагеря — голод, холод, жестокость и постоянные унижения — Мелании помогает вера в то, что ее близкие живы, однако после освобождения и возвращения в Латвию в 1953 году оказывается, что ее скорбный путь еще не закончен. Трудно сказать, как будет воспринят этот фильм в России, наверняка не без попыток обвинить авторов в искажении фактов, однако это еще один аспект восприятия нашей страны, который вполне объясним после всех событий советской истории.




«Хроники Мелании»

В Сибирь, в Сибирь

Россия как загадочное бескрайнее пространство, на котором может случиться абсолютно все что угодно, привлекает как мятущиеся души в поисках экзотики, так и кинематографистов, потому что грех не использовать такую богатую натуру. Буквально через неделю с небольшим в прокат выйдет фильм, который так и называется — «Сибирь». Впрочем, наши прокатчики переименовали его в «Профессионала», желая, видимо, замаскировать, что это как раз пример крепчайшей клюквенной настойки, в котором действуют рашен мафия и прочие наши «любимые» герои.




«Профессионал»



Для путешественников же, не планирующих отбивать бриллианты у гангстеров, один из популярных романтических маршрутов — путешествие Транссибирским экспрессом, и даже странно, что за эту тему режиссеры и сценаристы берутся достаточно редко.


Например, именно легендарный поезд — один из главных героев фильма «Транссибирский экспресс» (2008), который рассказывает об американской паре, пустившейся в путешествие и встречающей полный набор русских реалий — злобных милиционеров, хамоватых продавщиц, почти отсутствующий сервис и, конечно, снег (очень много снега) и vodka (очень много водки). Однако среди этих стереотипов режиссеру Брэду Андерсону удалось развернуть в ленте вполне качественный клаустрофобный триллер, если не отвлекаться на многочисленные ляпы или воспринимать их как необязательное дополнение к крепко закрученной интриге.




«В лесах Сибири»



Реальная история путешественника в пугающую и неизведанную Россию легла в основу французского фильма «В лесах Сибири» (2016), герой которого сбегает в поисках экзистенциальной свободы не куда-нибудь, а на Байкал. Там он поселяется в уединенном доме и некоторое время в одиночку справляется с тяготами таежного быта, пока не встречает русского мужика Алексея (его играет Евгений Сидихин), и эти двое совершенно разных людей становятся друзьями.


Как обычно, самые невероятные вещи всегда случаются на самом деле — фильм основан на автобиографической книге путешественника и журналиста Сильвена Тессона, хотя, думается, местами автор мог и приврать для пущей красоты и эффектности. Но смотрится картина, которая снималась на Байкале и в Иркутске, более чем достоверно, так что даже самым строгим патриотам вряд ли будет к чему придраться, а нечеловеческой красоты природа служит фоном для в общем-то простой и очень человеческой истории. Это лишний раз доказывает, что даже при всей понятной разнице восприятия иностранцы, снимая кино о России, чаще все-таки ищут точки соприкосновения, такие сюжеты, которые позволяют нам говорить на одном языке, а снег, медведи и водка в конечном счете всего лишь декорация.



Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.