Сценарист «Черного клановца» — о претензиях к Гриффиту и Трампу

Сценарист «Черного клановца» — о претензиях к Гриффиту и Трампу

«Черный клановец»


4 октября в прокат выходит новый фильм Спайка Ли — комедия об афроамериканце Роне Сталлворте, сотруднике полиции, ухитрившемся в 1970-е внедриться в ячейку ку-клус-клана (и это реальная история). С клановцами по понятным причинам он общается по телефону, а на очных встречах его подменяет детектив Флип Циммерман (Адам Драйвер). Подробно КиноПоиск писал о фильме в обзоре с Каннского фестиваля.


В Америке фильм вызвал неоднозначную реакцию. С одной стороны, это очевидно антирасистское кино. С другой — в 1970-е коллеги Сталлворта внедрялись в группы куклусклановцев с целью спровоцировать нападения их участников на радикальные группы афроамериканцев, а сам он боролся не только с белыми расистами, но и черными активистами, и эта сторона истории не слишком акцентирована в фильме.


КиноПоиск поговорил со сценаристом «Клановца» Кевином Уиллмоттом о проблеме раздвоенности афроамериканского сознания, о блэксплотейшне и «Рождении нации».




Кевин Уиллмотт / Фото: Getty Images



— Прототип главного героя «Черного клановца», Рон Сталлворт, которого играет Джон Дэвид Вашингтон, присутствовал на нескольких показах фильма. Как ему кино?


— Мне кажется, сначала ему было трудновато смотреть на то, как другой человек его играет. Но ему все понравилось. Некоторые детали в фильме, конечно, вымышленные, но большая часть — правда.


— Вы обсуждали с ним сценарий на стадии подготовки?


— Все сценаристы работают по-разному, и некоторые предпочитают общаться со своими героями, но мы со Спайком не говорили со Сталлвортом на этом этапе. Отчасти потому, что до нас уже существовала версия сценария, и мы имели дело с ней, переписывали ее. Задача к этому моменту заключалась скорее в том, чтобы заставить сюжет работать, а не в том, чтобы соответствовать биографии Рона. Но, с другой стороны, для этого мы вернулись к мемуарам, которые он опубликовал, оба их прочитали и использовали книгу в качестве источника.




На съемках фильма «Черный клановец»



— Режиссер Бутс Райли раскритиковал «Черного клановца» за то, что он считает искажением истории. По его словам, Рон Сталлворт не был героем, а напротив, участвовал в операции ФБР, направленной против афроамериканских активистов. Что вы можете сказать об этом?


— Знаете, мы приняли совместное решение не давать комментариев на эту тему. Это все, что я могу сказать. Мы не отвечаем на этот вопрос.


— Ладно. Я спрашиваю еще и потому, что вы не в первый раз обращаетесь к историческим сюжетам и трактуете их вольно. Так же в вашем фильме «КША: Конфедеративные Штаты Америки», сделанном в жанре альтернативной истории. При этом содержание обеих картин актуальное, протестное.


— Мне кажется, что нашу работу можно описать таким образом: Спайк с самого начала не хотел, чтобы фильм воспринимался как историческое кино, как ретро. Он хотел выстроить отношения с современностью, сделать так, чтобы чувствовался некий резонанс с сегодняшним днем. И я думаю, что поэтому фильм получился как бы протестным. К сожалению, нам не пришлось слишком сильно стараться, чтобы найти этот резонанс.




«Черный клановец»



— А хроника событий в Шарлотсвилле (марш неонацистов в августе 2017 года, который закончился столкновением с левыми активистами и убийством одного из них) была включена уже на стадии съемок?


— Уже на монтаже. В первой сборке, которую я видел, этого не было. События, о которых мы говорим, произошли как раз в этот момент. И мы решили включить видео в следующую монтажную версию.


— В Америке фильм, конечно, воспринимается как очень актуальный, но Спайк Ли настаивает на том, что проблематика у него не только американская, но глобальная. Каково ваше мнение?


— Он прав. Ультраправые движения на подъеме во всем мире. Фильм показывает то, как это происходит в Америке, но любое западное общество сейчас так или иначе сталкивается с подобными явлениями. Думаю, во многом это связано с иммиграцией и вопросами, которые вокруг нее возникают, особенно в Европе.




На съемках фильма «Черный клановец»



— Вы заметили какую-то разницу в реакциях у международной публики в Каннах и у американской в США?


— Не очень. Американцы, конечно, восприняли фильм более близко к сердцу, более непосредственно, но в целом реакция была примерно одна и та же. Я думаю, одна из причин, почему фильм был так популярен в Каннах, — это то, что сейчас весь мир встревожен происходящим в Америке. Думаю, «Черный клановец» — один из первых игровых фильмов, если не первый, который прямо выдвигает претензии администрации Трампа. Мне кажется, овация в Канне связана во многом с этим. Им очень понравилось то, что мы нашли и показали параллели между сюжетом из 1970-х и Америкой Трампа. Но важно понимать, что у нас не было специальной задачи рассуждать о Трампе, включать его в сюжет. Просто это есть, это происходит вокруг нас. Он как бы сам себя туда включил.




«Черный клановец»



— А вы читали критический отзыв на Vox ? Автор пишет, что фильм не выполняет свою задачу, потому что белые люди не узнают в персонажах себя и в результате не испытывают дискомфорта. Мне не показалось, что вы в принципе ставили такую задачу, но каково ваше мнение?


— Думаю, каждый раз, когда фильм честно рассуждает о расовой истории США — о ку-клукс-клане, даже об истории кино в этой связи, — то можно видеть, что мы живем с этой проблемой уже очень давно. Разумеется, все это знают, но, когда мы видим, что все это до сих пор происходит, здесь, я думаю, чувство дискомфорта появляется у всех. У нас не было задачи смущать аудиторию, но чувство неловкости все равно появляется как побочный эффект.




«Черный клановец»



— Я как раз хотел спросить об истории кино. В вашем сценарии очень много отсылок к ней. Есть кадры из «Рождения нации» и «Унесенных ветром», разговоры о блэксплотейшне. Фильм как бы построен вокруг не только социальных проблем, но и культурных текстов, самого кино...


— Мы со Спайком оба преподаем. Я — в Канзасе, он — в Нью-Йоркском университете. Мы оба хорошо разбираемся в этих вопросах. Конечно же, многие, и особенно в Америке, учат историю по фильмам. Кино работает в качестве симптома или свидетельства о нашей культуре и истории. «Рождение нации» до сих пор остается культовым фильмом в среде клановцев и неонацистов. Они его обожают. Поэтому показать его не столько наше решение, сколько следование историческим фактам. В книге Рона написано, что колорадский ККК действительно устраивал совместные просмотры, и мы зацепились за эту подробность.




«Рождение нации»



— Блэксплотейшн далеко не всегда политизированное кино, но вы как будто используете его в таком качестве. Это видно и в «Черном клановце», и в предыдущих ваших работах.


— В «Клановце» блэксплотейшн появляется как культурный феномен, который иллюстрирует то, что политик и активист У. Э. Б. Дюбуа называл «раздвоенностью» (twoness), при которой в одном черном теле сосуществуют две враждующие силы. У большинства афроамериканцев есть конфликт между ощущением себя как черного и ощущением себя как американца. Можно любить свою страну, но одновременно видеть, как несправедливо она обходится с афроамериканским сообществом.


В фильме Рон Сталлворт испытывает похожий конфликт, будучи полицейским, притом что полиция в целом является довольно расистским институтом. Он идет на выступление Кваме Туре (активист афроамериканского движения, основатель движения Black Power. — Прим. КиноПоиска) в качестве детектива под прикрытием, и он рад делать свою работу, но он же согласен со многими из тех вещей, которые говорит Туре. Так что раздвоенность сознания — одна из центральных тем фильма. И блэксплотейшн упоминается по той же причине. В афроамериканской культуре тогда и теперь постоянно ведутся дискуссии о том, полезны ли эти фильмы для сообщества или нет. Некоторые считали, что это циничная эксплуатация темы, откуда и название жанра. Другие — что в блэксплотейшне есть много позитивных сторон.




«Черный клановец»



— В фильме вы рассуждаете о том, как «Рождение нации» повлияло на общество. А сейчас, спустя 100 лет, кино все еще может это делать? Была ли у вас задача повлиять на общество?


— Мы со Спайком оба в это верим. Поэтому оба преподаем в киношколах. Кино — по-прежнему очень мощный и влиятельный вид искусства. «Рождение нации» вышло в 1915 году, и спустя век нам до сих пор приходится иметь дело с его влиянием. И в каком-то смысле наша задача — отменить Гриффита. Сто лет понадобилось, для того чтобы исправить нанесенный им вред. Я надеюсь, что наш фильм поможет тому, чтобы «Рождение нации» отправилось в историю.





Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.