Стеллан Скарсгард: «Войну за кинотеатры мы уже проиграли»

Стеллан Скарсгард: «Войну за кинотеатры мы уже проиграли»

Getty Images/Fotobank.ru
Стеллан Скарсгард на фестивале в Торонто


В фильме Януса Меца «Борг/Макинрой» швед Стеллан Скарсгард играет тренера теннисиста Бьёрна Борга. В идеале Скарсгард может играть наставника любых персонажей — от супергероев до джедаев. Но когда общаешься с ним в реальности, то понимаешь, насколько он далек от имиджа покровителя героев. Более того, он всеми силами старается разрушить имидж звезды, который заработал уже давно. Мы встретились с актером в Торонто на следующий день после открытия кинофестиваля.


— Спасибо, что разговариваете с российской прессой, Стеллан.


— Это вы к чему?


— Дженнифер Лоуренс отказывается. По политическим причинам.


— Как будто это что-то изменит! Глупость какая. Что мне теперь, не общаться с американскими журналистами из-за их президента?


— Расскажите, пожалуйста, в чем причина популярности Борга в Швеции?


— Понимаете, Швеция — очень маленькая страна. У нас не шибко много знаменитостей международного масштаба. В то время в Швеции было всего два телеканала. Все смотрели одно и то же, в том числе и матчи с участием Бьёрна Борга. Вся страна бросала работу, когда он играл. Тогда Борг был большой частью нашей культуры. Мы вообще любим звезд-спортсменов. Например, был у нас отличный лыжный гонщик Ингемар Стенмарк. Но теннис всегда считался спортом высшего общества, его называли белым спортом, потому что в него играла только белая буржуазия. Борг стал популярен в то же время, когда в спорт начали вливать деньги, когда медиа получили распространение по всему миру, реклама стала окупаться. Борг стал практически рок-звездой. Кто-то тогда сказал: «Лучше Бьёрна Борга знают только папу римского». Влияние Борга было невероятным. А ведь он недолго играл — ушел из спорта, когда ему всего 26 лет было.




Бьёрн Борг в 1975 году / Фото: Getty Images


— «Борг/Макинрой» не смотрится как кино про спорт. Это скорее психологическая картина, попытка исследовать жизнь людей, которые не являются теми, кем есть.


— Я тоже так думаю. Кино про спорт обычно довольно скучное. Особенно когда сюжет упирается в «кто кого поборет». Хуже этого только клише «хороший парень против плохого». Так что я начал читать сценарий с определенными опасениями. Потом, конечно, понял, что они хотят рассказать совсем другую историю. Спортивное кино — это лишь скелет, двигатель фильма, если хотите. На самом-то деле это история людей. Вот она-то меня и привлекла. Герои фильма — его сила. Многие знают, как закончился тот матч, но дело-то не в этом. Даже если вы не любите теннис, вам будет интересно смотреть кино. Конечно, финальный матч прекрасно получился, но куда важнее, на мой взгляд, то, что получилась история двух спортсменов. Они вам небезразличны. А если вам будет наплевать на персонажей, то теннис вас тоже не увлечет.


— Обычно наставники в кино выполняют родительскую функцию, но у вас в фильме нет такой связи у персонажей. Ваш герой, Леннарт Бергелин, был для Борга скорее психотерапевтом.


— Отчасти так оно и есть. Леннарт научил его контролировать гнев, сохранять энергию для игры, учил его правильно вести себя на теннисном корте. Когда работаешь с человеком, находящимся в столь стрессовых условиях, как Борг, важно не только научить его точно бить по мячу, но и научить выживать, если на то пошло. Бьёрн с Марианой, его подружкой, были очень близки с Ленни. Путешествовали вместе, жили вместе в одном тренировочном лагере. Никакого гламура, порой даже в очень дискомфортных условиях находились. Прошли через многое, поэтому отлично друг друга знали, зависели друг от друга. Так что их связывал не только теннис. В мою задачу не входило быть максимально похожим на Леннарта, надо было максимально точно отразить отношения Ленни и Бьёрна. Заметьте, что у нас с ним очень мало диалогов. Взрослый Борг вообще довольно молчаливый. Нам со Сверриром надо было показать зрителю, что наши герои сто лет знакомы, что прекрасно друг друга знают и понимают.




«Борг/Макинрой»


— Янус Мец начинал карьеру в документальном кино. Этот его опыт как-то сказался на работе с игровым фильмом?


— Насколько я помню, Янус впервые снимал игровое кино. Для него многое было в новинку. Но он удивительно точно умеет разглядеть человеческую историю в любом материале. Он кропотливо добавляет детали в образ каждого персонажа, а они, в свою очередь, добавляют герою веса. Конечно, ему пришлось поначалу какое-то время потратить, чтобы привыкнуть к огромной съемочной группе. Но он уже работал в Америке на телевидении, представлял немного, что его ждет.


— Вы про «Настоящего детектива»?


— Да, но он не очень-то доволен этим опытом. Вообще я согласился сниматься в этом фильме из-за Януса. Мне понравился сценарий, но я думал, смогут ли они осилить кино такого плана. Как убедительно показать теннис? Он собирается сосредоточиться на игре и забить на людей? Но потом мы встретились, и Янус четко объяснил, что он хочет сделать. И я поверил ему. Кроме того, от него исходит мощнейшая энергетика. Он очень уверенный человек, знает, чего хочет, и идет к цели. Как питбуль! Он сражается за свои идеи. И он в Афганистане был во время войны, когда снимал «Броненосца». Так что он умеет за себя постоять и отстоять свое видение.




«Борг/Макинрой»


— Мы с вами разговаривали семь лет назад, и тогда вы сказали, что хороший биографический фильм — это фрагмент жизни человека, показанный с точки зрения определенного режиссера. Вы сейчас так же считаете?


— Конечно! Нельзя взять жизнь человека и запихнуть в полтора часа! Можно закопаться в деталях, но это вам тоже не поможет. Каждый фильм, который является произведением искусства, — очень личный для режиссера фильм. Ну, например, можно увидеть закат, а потом посмотреть, как Тёрнер его изобразил. Это будет его взгляд на закат, что и делает его картину интересной. У Ван Гога будет другой закат. При этом вы не получите идеального представления о закате, вы увидите, как его воспринимают живописцы.


— «Уильям Тёрнер» был потрясающим фильмом.


— Согласен.


— У нас в комментариях к тексту про «Борга/Макинроя» предположили, что этот фильм будет похож на «Гонку» Рона Ховарда.


— Ну, не совсем, конечно, но, думаю, тому пользователю фильм понравится. Как я уже и сказал, спорт — это лишь двигатель этого фильма. Янус Мец снял очень увлекательное кино. Оно крутое — передайте это пользователю!


— Ну да, практически «Песнь Льда и Пламени».


— Я бы сказал, что это «Песнь Пламени и Пламени». Просто один из героев умело его скрывает! Но это также и фильм из серии «Как, б***ь, им это удалось?». Теннис требует невероятной точности, концентрации. И когда ты на корте, то ты в полном одиночестве. При этом надо как-то справиться с вакханалией СМИ вокруг тебя. Но еще наш фильм об одиночестве, которое человек чувствует, находясь на вершине. Стоит ли слава такой жертвы? Спустя два года Борг выяснил, что не стоит. Он с детства занимался только теннисом. Ему важно было только выиграть очередной матч. Он рано бросил школу, практически не читал книг, не смотрел кино, мало знал об окружающем мире. По завершении карьеры Борг был мультимиллионером, но он не знал нормальной жизни. Да он сам за чашку кофе никогда не платил!




«Борг/Макинрой»


— Теннис — какой-то несправедливый спорт. Надо прикидываться другим человеком.


— Знаете, несправедливо быть знаменитым.


— Постойте, вы же известный человек.


— Меня это тоже касается! Понимаете, медиа постоянно чего-то от вас хотят. Им хочется, чтобы вы были кем угодно, но не собой. Если стал знаменитым, но не можешь отделить свой имидж, который транслируют медиа, от себя самого, то ты капитально влип. Если ты видишь себя великим человеком, которым живописуют тебя медиа, то это очень опасно. Допустим... (Скарсгард берет паузу.) Я прославился в Швеции, будучи 16-летним подростком. Причем прославился как рок-звезда: визжащие девочки, автографы — вот это всё. Прямо как Борг. Но только у себя в Швеции, конечно. У меня были прекрасные родители, научившие меня отделять истерию вокруг меня от настоящей жизни. И теперь мне постоянно нужно разрушать вот эту идею себя самого, которую выдумывают СМИ, причем даже в разговоре с журналистами. Помните, что я обычный человек! У меня изредка побаливает живот, периодически я впадаю в депрессию. Я такой же, как и вы!


— Пресса иногда любит раздуть скандал из ничего! Помните, как распяли Ларса фон Триера после пресс-конференции в Каннах? Якобы он заявил, что нацист.


— А он не нацист, конечно! Разумеется, я помню! Кстати, тут мы затронули одну серьезную проблему. Сейчас все оценивается по принципу «что лучше продается». И сочная ложь продается лучше скучной правды.




Стеллан Скарсгард в фильме Ларса фон Триера «Рассекая волны»


— А вы же не были в Каннах в этом году?


— Нет.


— Там опять скандал был: показывали несколько фильмов, снятых Netflix, и на пресс-показах букали.


— Не понимаю, зачем журналисты это делают.


— Но здесь, в Торонто, вчера тоже был фильм от Netflix. И ничего, тишина в зале.


— Пресса в итоге смирится с этим. Но угроза кинотеатрам исходит совсем не от Netflix. Войну за кинотеатры мы уже проиграли. Потому что прокатывают фильмы крупные корпорации, студии. Потому что сегодня можно снимать или кино с бюджетами 100—200 млн долларов, или совсем малобюджетные ленты за 1—3 млн долларов. Снимать кино за 10, 15, 20 млн долларов уже не получается. Система дистрибьюции не рассчитана на средние бюджеты. Она опирается на событийные картины, продающие больше попкорна. Рассылается 4000 копий, они отыгрывают свое и уступают место новым блокбастерам. Времена, когда фильмы Феллини собирали полные залы в Нью-Йорке, прошли. Времена, когда люди вообще массово интересовались авторским кинематографом, прошли. Все самые интересные истории сейчас на телевидении. Туда и уходят лучшие сценаристы, режиссеры и актеры. Я, конечно, скучаю по временам, когда можно было смотреть авторское кино на больших экранах в забитых залах. Те времена ушли. И Netflix ни при чем. Он как раз вкладывается в интересные сюжеты.


— Вы в этом году снялись в сравнительно небольшом, но очень долгожданном многими киноманами авторском фильме «Человек, который убил Дон Кихота» Терри Гиллиама.


— О, у Терри я бы даже в массовке снялся! За одну только возможность потусоваться на площадке с Терри Гиллиамом согласен маячить на заднем плане! Потрясающе было!


— Кого вы играете там?


— Это не экранизация романа про Дон Кихота. Действие развивается в наше время. Главного героя, режиссера рекламы, играет Адам Драйвер. Он снимает ролик ветровой турбины, а я его начальник. Играю директора компании, где он работает, а также очень угрожающую фигуру. В мифическом плане. Увидите!


— Ну, и дурацкий вопрос напоследок. У вас в семье есть вампир, викинг и злой клоун. Кто самый страшный?


— А, мои дети! В мире мало настолько же милых людей, как они!


— И даже Билл? Говорят, он в «Оно» ужас какой страшный!


— Знаете, надо быть очень милым человеком, чтобы сыграть настоящего монстра!



Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.