Эдгар Райт: «Я снимал каждую сцену под звук отведенной ей песни»

Эдгар Райт: «Я снимал каждую сцену под звук отведенной ей песни»

Эдгар Райт / Фото: Getty Images


КиноПоиск отправился в Лондон, чтобы поговорить с режиссером Эдгаром Райтом о его новом фильме «Малыш на драйве», страхе перед Уорреном Битти и искусстве кинотеатрального показа.


— В «Малыше на драйве» вы собрали отличный актерский состав. Насколько важно было найти правильного парня на главную роль?


— Жизненно важно. Когда еще на начальной стадии работы над фильмом разные люди читали сценарий, от них тут же следовал вопрос: «Кто будет играть Малыша?» Они сразу понимали, что на плечах этого человека будет держаться весь фильм. И мне кажется, Энсел Элгорт отлично справился с этой нелегкой миссией. Он не просто не растерялся рядом с группой маститых тяжеловесов актерского дела, а даже — пусть меня простят Кевин Спейси, Джейми Фокс и Джон Хэмм — часто затыкал их за пояс. Энсел был одним из первых кандидатов на роль, с кем я повстречался — сначала еще до того, как он прочел сценарий, а потом еще дважды на прослушиваниях. Были и другие сильные кандидаты, но все же страсть Энсела к музыке помогла мне сделать выбор. В этом плане он очень похож на Малыша.




«Малыш на драйве»


— У вас в фильме многие диалоги строятся вокруг обсуждения имен, их значений, упоминаний в песнях. Откуда взялась такая тяга?


— Да черт его знает! Мне просто нравится думать об именах в песнях. Может, потому, что никто никогда не поет про Эдгара, и я просто тупо завидую всем, чьи имена упоминают в песнях. Конечно, полно песен с Малышом (Baby), а с Деборой (так зовут героиню Лили Джеймс — Прим. ред.) всего лишь три, две из которых мы упоминаем в фильме. Мне просто очень хотелось, чтобы в фильме было много разговоров, связанных с музыкой.




— Вы не упомянули «Disco 2000» Pulp, а там вся песня посвящена Деборе. «Your name was Debora, it never suited you» и все такое.


— Да, но песня называется «Disco 2000», хотя многие называют ее «Дебора». Мы над этим тоже смеялись, потому что мой ассистент и продюсер спорили над названием песни. Ассистент выиграл, но их спор был захватывающим, там даже использовались аргументы типа: «Я лучше знаю, потому что это моя молодость!» Кстати, Дебора Боун, которая вдохновила Джарвиса Кокера на написание этой песни, умерла два года назад. Я не был с ней знаком, но все равно очень грустил.




— А это правда, что черновой вариант фильма вы сняли на айфон? И при этом подстраивали повествование под песни?


— Дело было так. Когда я только начал писать сценарий, я уже определился с большинством песен. И иногда я позволял структуре песни определять сцену. Например, возьмем «Hocus Pocus» группы Focus. У этой композиции очень рваный ритм, она то замедляется, то ускоряется, и это диктует то, что происходит на экране в сцене погони. Вот герой бежит во время гитарного запила, а вот он прячется за деревом, потому что в песне вступает часть с йодлем и можно передохнуть. Конечно, я знал, из чего должна состоять сцена, но я позволил структуре песни определить порядок действий. Когда мы решили с локациями, мы записали там звуки и встроили их в песни еще до того, как начали съемки. В этом мне помог друг, диджей Osymyso. Проезжающие машины, клаксоны, приглушенные разговоры прохожих, треск банкоматов и прочие звуки улицы — все это мы вмонтировали в песни.




А что касается айфона... В фильме есть длинная сцена, снятая одним кадром. В ней Малыш идет покупать кофе. И вот чтобы понять, как эту сцену снимать, мне нужно было буквально проделать тот же путь, что и герой: встать с телефоном у двери, включить «Harlem Shuffle», идти по улице, переходить дорогу, заходить в кафе. Важно было оказаться в кафе как раз в тот момент, когда вступает припев. Так что мы перекрыли квартал и долго тренировались. Хорошо, что там не было случайных людей, а то они не смогли бы врубиться, что мы там все делаем и зачем ходим туда-сюда, держа перед собой телефон. Еще все осложнялось тем, что ходил-то я, а снимать нам надо было совсем другого человека. Наш оператор Билл Поуп постоянно приговаривал: «Помни, что у Энсела ноги длиннее, чем у тебя, так что он дойдет быстрее». Одним словом, нет, весь фильм на айфон никто не снимал, но эта сцена вынула у нас все жилы.




— Очевидно, «Малыш на драйве» во многом вдохновлен «Водителем» Уолтера Хилла. Вы помните, как в первый раз увидели это кино?


— Да, его показывали по BBC поздно ночью, когда мне было 13—14 лет. Я его смотрел, как и многие фильмы из моей молодости, в темноте, в одиночку и, возможно, сидя слишком близко к телевизору. Этот фильм произвел на меня незабываемое впечатление. Это такой гипнотизирующий, нервный, идеально сконструированный триллер. Такое ощущение, что погони в нем — это шахматный поединок между Брюсом Дерном и Райаном О’Нилом. Я очень люблю это кино.


— Какие фильмы об ограблениях и преследованиях вы смотрели в процессе подготовки к этому?


— Вот именно что в процессе подготовки я не так много всего пересматривал. Хотя я организовал ряд показов в BFI, объединенных в программу под названием «Car Car Land». Каждую неделю на протяжении двух месяцев мы показывали все фильмы, которые вдохновили меня на создание «Малыша». Там были такие картины, как «Буллит», «Итальянская работа», «Французский связной», «Исчезающая точка», «Водитель», «Братья Блюз» и другие. Но я все их видел уже много раз, не было нужды пересматривать. Разве что отдельные сцены, отдельные погони, просто чтобы приглядеться повнимательнее к тому, как они сделаны. Но вообще, знаете, если я что и смотрел в преддверии работы над этим фильмом, так это много разных нуаров, которые я не видел до того: «Крест-накрест», «Из прошлого», «Без ума от оружия». И я заполнял пробелы по части гангстерских фильмов 1930-х, таких как «Ангелы с грязными лицами», «Маленький цезарь», «Враг общества», «Белая горячка». Нельзя сказать, что они мне напрямую помогли при создании «Малыша на драйве». Но я убежден, что любой просмотренный нами фильм накладывает определенный отпечаток на то, что мы делаем и как мы воспринимаем мир. Так что косвенно все они так или иначе отразились в моей работе.


— Вы в своем фильме еще забавно ссылаетесь на «Бонни и Клайда». Над «Бонни и Бонни» зал громко ржал.


— Да, там есть даже две отсылки — вербальная и визуальная. Кстати, Уоррен Битти посмотрел это кино и остался в восторге. Он пришел на показ, а я бегал вокруг как ужаленный и всем в ужасе шептал: «Соберитесь, Клайд в здании!»




«Бонни и Клайд»


— Вы вообще редкий киноман, который все еще предпочитает смотреть кино на большом экране. Есть мнение, что сейчас настоящие киноманы смотрят кино дома. Там им хотя бы никто не мешает.


— Знаете, в прошлом году, когда я был в Лондоне и монтировал «Малыша на драйве», я шесть недель подряд каждый понедельник показывал на большом экране в кинотеатре Picturehouse Central некоторые мои самые любимые фильмы. И среди всех зрителей, посетивших эти показы, три четверти были совсем молодыми людьми, которые никогда раньше не видели этих фильмов. Я им даже завидовал. Я бы многое отдал, чтобы сегодня посмотреть «Братьев Блюз» на большом экране впервые в жизни. Думаю, дело еще тут в презентации. Если кинотеатр создает все для того, чтобы просмотр фильмов был увлекательным и приятным времяпрепровождением, то это уже полдела. Люди иногда не горят желанием идти в кино, потому что посещение мультиплексов бывает довольно сомнительным удовольствием: вокруг все хрустят попкорном и шелестят обертками, звук может быть недостаточно громким, проектор недостаточно ярким. Но бывают и такие кинотеатры, куда даже просто хочется зайти, вне зависимости от того, что там показывают. В том же Picturehouse есть все, что надо для отдыха: хорошая еда, кофе, два бара, много классных фильмов в репертуаре, включая классику. Люди туда просто хотят ходить, тусоваться, общаться с друзьями и заодно кино смотреть. Тогда как во многих мультиплексах атмосфера такая, что ты не хочешь находиться в здании ни минутой дольше, чем того требует продолжительность фильма.


— Давайте вернемся к музыке. Что вы вообще думаете о том, что в современных фильмах довольно часто используется саундтрек в виде старых и не самых очевидных песен полувековой давности?


— Думаю, все зависит от того, органично ли такая музыка вписывается в повествование или не очень. Тут очень важно, чтобы режиссер действительно вкладывал силы и время в то, чтобы продумать использование композиций в своем кино. По-моему, лучше всех в этом преуспели Джон Лэндис, Джордж Лукас в «Американских граффити», Квентин Тарантино, Мартин Скорсезе. У них это так круто получается, потому что они сами курируют выбор песен для своего саундтрека, а не делегируют это другим людям. Часто бывает, что сначала фильм снимут, а потом на него уже накладывают песни и перебирают их, пока не найдут подходящую. У нас же в «Малыше» вся музыка была подобрана заранее, она играла на площадке во время работы над фильмом, так что я снимал каждую сцену под звук отведенной ей песни. И, что немаловажно, актеры это все тоже слышали. Так что пока мы снимали сцену, где Энсел сидит в дайнере и разговаривает с Лили, в его наушниках на самом деле играли The Beach Boys.




— И вы всю эту музыку слушали, когда писали сценарий?


— А как же! Обычно, когда я пишу сценарии, я в любом случае слушаю музыку. Она меня вдохновляет, это нормально. Но здесь я прямо целенаправленно слушал трек, отведенный конкретной сцене. Переслушивал снова и снова, пока не напишу сцену целиком.




«Малыш на драйве»


— Как вы предпочитаете слушать музыку сегодня?


— Я не очень люблю онлайн-стриминг, только иногда к нему прибегаю, когда нет времени и надо что-то быстро найти. У меня все еще есть айпод...


— Сколько?


— Сколько айподов? (Смеется.) У меня, в отличие от Малыша, он всего лишь один. Но он прямо уже на ладан дышит, и мне совсем скоро придется приобретать новый на eBay. Я недавно снова начал покупать винил, а я этого не делал с тех времен, когда был подростком. Мне очень нравится сам ритуал, когда встаешь, открываешь крышку проигрывателя, дуешь на иглу, ставишь пластинку. Я скучал по этому всему.


— И вообще пластинками удобно кидаться в головы живых мертвецов, как мы помним из «Зомби по имени Шон».


— Да-да, причем начинать следует с самых худших! Когда я монтировал «Малыша» в центре Лондона, я и жил неподалеку от студии. И вот пока шел от дома до работы, я проходил мимо улицы, где собраны все лучшие магазины грампластинок в городе. Думаю, только за те месяцы, пока я монтировал кино, я купил порядка ста альбомов. Просто не мог пройти мимо, бежал на эту проклятую улицу при первой же возможности и скупал все на свете. В том числе те альбомы, которые у меня уже есть! Я согласен, что Spotify и прочие сервисы для онлайн-стриминга — это, конечно, круто, прогрессивно и удобно. Но все же такая доступность музыки немного обесценивает ее в моих глазах. Да и мне просто нравится держать носители в руках.




На съемках фильма «Зомби по имени Шон»


— Ну, и подлый вопрос напоследок. Какая для вас самая великая группа всех времен?


— Ну нет! Вы издеваетесь, что ли? (Смеется.) Я не знаю даже, как начать думать над ответом на этот вопрос!


— Ну, вы три раза уже использовали Queen в своих фильмах.


— Ладно, это точно одна из любимых групп. Я также трижды использовал T.Rex и дважды Blur. Ни разу еще не использовал The Beatles, это слишком дорого. Хотя песня «(Baby, You Can) Drive My Car» тут бы идеально подошла, конечно. Но я даже не запрашивал такую возможность. Я же не дурак, очевидно же, что ничего не получится. Если я что и уяснил в процессе работы над саундтреками к своим фильмам, так это то, что на The Beatles и Led Zeppelin даже замахиваться не стоит, а то мы точно останемся без штанов.





Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.