Роджер Кристиан: «Лея доказала, что принцессы бывают дерзкими и боевыми»

Роджер Кристиан: «Лея доказала, что принцессы бывают дерзкими и боевыми»

Роджер Кристиан


У Роджера Кристиана сложилась удивительная карьера. Он работал над художественным оформлением самых известных научно-фантастических фильмов и лично ставил хорроры. Он получил «Оскар» за «Звездные войны» и отхватил «Золотую малину» за «Поле битвы: Земля». Он снял короткометражку, негатив которой был утерян, а теперь он работает над полнометражной версией этой же истории. Наконец, он посадил дерево во дворе дома, где вырос Тарковский. Российский международный фестиваль мотивационного кино и спорта «Bridge of Arts», который стартовал 23 августа, пригласил Кристиана возглавить жюри, и по этому поводу режиссер, декоратор и художник-постановщик решил поговорить с КиноПоиском. Говорили мы долго и вдумчиво, поэтому наша беседа выйдет в двух частях. Почти все, что касается его работы над «Звездными войнами», мы приберегли на десерт и опубликуем позже. А пока разговор о сиквелах, спецэффектах и Бекмамбетове.


— Расскажите, Роджер, как так получилось, что вас пригласили возглавить жюри кинофестиваля, который проходит в Ростове-на-Дону?


— Я сейчас работаю над фильмом «Черный ангел», и продажами прав на его дистрибьюцию занимается агент, у которого жена русская, из Москвы. И вот через нее на меня вышли организаторы «Bridge of Arts» и сообщили, что хотели бы показать на фестивале моего «Черного ангела». Но не тот фильм, который я все равно еще не закончил, а короткометражку 1980 года.




Фестиваль «Bridge of Arts» / Фото: imff.ru


— Негатив которой был утерян?


— Да, утерян и найден в 2011 году. Так вот, я с радостью согласился на то, чтобы это кино показали в Ростове. А затем меня еще и пригласили под это дело приехать на денек-другой, потому что почему бы и нет? Должен признаться, что мне всегда страшно нравилось приезжать в Россию. Несколько лет назад я возглавлял жюри на кинофестивале «Зеркало» имени Андрея Тарковского, человека, оказавшего на меня огромное влияние. Также я входил в состав жюри на фестивале в Санкт-Петербурге. Оба моих визита сопровождались морем веселья, так что я, конечно, недолго раздумывал над предложением. Но тут же вслед пришло еще одно: меня спросили, не хочу ли я возглавить жюри в Ростове. Кто же откажется от такого? Мне нравится участвовать в фестивалях, тем более если они проходят в России.


— До Ростова вообще мало кто доезжает. Это не самый очевидный пункт назначения в России. Для вас это, наверное, неожиданная и пугающая перспектива?


— Скорее захватывающая. Фестиваль «Зеркало» проходил в глуши (Ивановская область — Прим. ред.), где даже не было гостиниц, чтобы вместить всех гостей. Нас селили в старых, древних, почти средневековых домах, а потом везли восемь часов вверх по Волге в место, где жил Тарковский. К тому же в этом путешествии нашу группу сопровождала сама сестра режиссера. И во дворе дома, где он вырос, мне позволили посадить дерево, что для меня стало величайшим достижением в жизни. Так что российская провинция меня не пугает, а даже наоборот.


— Отличная история про дерево. Но про величайшее достижение в жизни вы, кажется, все же немного лукавите. Вы ведь работали над художественным оформлением «Звездных войн» и «Чужого». Как думаете, почему даже сейчас, спустя 40 лет, эти франшизы все еще держатся на плаву?




Роджер Кристиан


— Знаете, у меня не так давно вышла книга «Алхимик кино» («Cinema Alchemist»), посвященная «Звездным войнам» и «Чужому». Я там собрал все свои истории, связанные с созданием этих двух фильмов, и реакция их фанатов была настолько невероятной, что мне захотелось по этой книге снять документальное кино. Вернее, сосредоточусь в основном на «Звездных войнах» и назову фильм «По ту сторону Силы» (Behind the Force).


Это и вправду удивительный мировой феномен. Даже оказавшись в отдаленной деревне в Китае, вы наверняка найдете какую-нибудь игрушку из вселенной «Звездных войн». Почему эти истории все еще популярны? Джордж Лукас — человек весьма образованный, он в колледже изучал мифы и легенды, поэтому нет ничего удивительного в том, что он один из немногих современных мифотворцев. Он создал идеальную легенду и перенес ее на экран. Многие кинематографисты старшего поколения, включая и Джорджа, и меня, в числе своих менторов называют Куросаву. Молодые же люди обычно утверждают, что на них повлияли «Звездные войны». В Америке молодежи почти нет дела до религии, духовные ценности для них не представляют интереса — спасибо за это интернету и способам распространения информации. И вот, по-моему, Джордж дал миру что-то, во что не стыдно верить.


Но это, конечно, никакая не религия, хотя некоторым так и кажется. Джордж хотел создать историю для 9-летних детей. Однажды он мне лично сказал: «Я не виноват, что взрослым это тоже нравится». Потому что это добро против зла, это победа света над тьмой, здесь полно юмора, приключений и отличных персонажей. В первом эпизоде «Звездных войн» было много персонажей, с которыми мы все в той или иной мере могли бы себя отождествлять, а это было не такой уж популярной тенденцией в те годы. Также мы старались придать картинке потрепанный, обшарпанный вид, а научная фантастика в те годы сияла белым, гладким хай-теком. Это тоже добавляло фильму своего рода приземленности и помогало найти общий язык с аудиторией.


То же самое с «Чужим». Несмотря на всю фантастичность происходящего, там тоже было ощущение того, что вот эта реальность существует на самом деле. Я был и раньше знаком с Ридли Скоттом. А когда он начал работать над фильмом, он взял меня в охапку, привез на студию Shepperton и сказал: «Мне нужен грузовой летательный аппарат, космический буксир. Что-то похожее на то, что ты сделал с „Тысячелетним соколом“, но еще более потрепанное и громыхающее, как консервная банка». С такими инструкциями я приступил к созданию «Ностромо». Думаю, у зрителя даже сомнений не возникло, что мы откопали где-то этот настоящий звездолет и просто устроили в нем съемки. В этих фильмах все было одновременно фантастическим и настоящим, поэтому интерес к ним не угасает уже много десятилетий. Еще важно, что в них обоих был сильный женский персонаж, что в то время было не принято в этом жанре. Лея запустила этот процесс, доказав, что принцессы могут быть дерзкими и боевыми, а Рипли и вовсе выступила двужильной воительницей. На нее напрямую или косвенно ссылаются все, кто создает сильных персонажей давно уже неслабого пола.




Роджер Кристиан и Ридли Скотт на съемках фильма «Чужой»


— Скажите, а вас не печалит то, что делают современные технологии с жанром научной фантастики? С одной стороны, они облегчают всем жизнь, а с другой — картинка часто получается слишком компьютерной. И работа декораторов перестает играть настолько важную роль.


— Я вообще не люблю держаться за прошлое и приговаривать: «О, вот в наше время такого не было». Я всецело поддерживаю развитие технологий, и я принялся снимать на цифру сразу, как только это стало возможным. Но тут есть один важный нюанс, и это возвращает нас к предыдущему вопросу о «Звездных войнах» и «Чужом». Современные крупные блокбастеры показывают всяких железных людей, пауков и суперменов, летающих туда-сюда между небоскребами. Тебе сразу понятно, что это выдумка, такого не бывает даже в теории, и ты вынужден принять эту условность. Да, эти фильмы полны впечатляющих спецэффектов, в них потрясающая картинка и звук, мы все послушно ходим на них и получаем уйму удовольствия. Но они не остаются с нами надолго, не вживаются в подкорку.


Все это напоминает гладиаторскую арену, где все пришли насладиться зрелищем, насладились, а потом тут же требуют нового зрелища. Никто не сидит и не думает над тем, какой классный бой они посмотрели вчера. Все думают только о текущем бое и, возможно, ждут следующего. Но есть и такие скромные фильмы, как «Луна» Дункана Джонса. Он взял и снял это все в настоящих декорациях и с макетами вместо спецэффектов. И это прекрасное кино. Или вот Джей Джей Абрамс — тоже известный сторонник олдскульных методов съемки. Он круглого робота BB-8 создал по-настоящему, хотя, я уверен, любой другой режиссер не запаривался бы и сделал все на компьютере. А у него же получился смешной и милый дроид, катающийся по пустыне, и он тут же стал всеобщим любимцем. Именно из-за того, что он настоящий и у него есть индивидуальность и характер. Кто знает, как бы его приняли, если бы он был цифровым.




«Луна»


— Вот вы упомянули «Луну», и это вправду один из тех малобюджетных оригинальных фантастических фильмов, которые люди не устают пересматривать. Можете вспомнить что-нибудь еще из этой же серии?


— Я во многом сформировался под влиянием «Алфавилля» Жан-Люка Годара. Я воспринимаю его как первый графический роман, появившийся на большом экране, хоть формально он таковым и не являлся. У Годара было мало денег, а он все равно превратил Париж в научно-фантастический город, практически ничего там не меняя. Или, например, «Солярис» Тарковского — удивительное кино, хотя недопонятое многими. Из более нового, пожалуй, на ум приходят «Район № 9», любой из «Безумных Максов» и, как ни удивительно, «Властелин колец». Ведь для фильма такого масштаба он был довольно дешевым, а собрал при этом дикие деньги. А еще, знаете, меня впечатлил российский «Ночной дозор». Помню, сын повел меня на него в Лондоне в кинотеатр, и мы поразились тому, насколько изобретательное кино сделал Бекмамбетов при минимальном бюджете. Сиквел получился уже не очень, мне кажется.


— Да уж, сейчас наблюдается страшная эпидемия болезни «сиквелит». Вы вообще осознаете, что вы стояли у истоков самых первых франшиз? Фактически своими руками запустили этот маховик.


— Да я-то не виноват, это все Джордж Лукас! У него с самого начала в голове было девять фильмов, так что это не такие сиквелы, которые снимают только потому, что предыдущая часть собрала много денег. Но если аудитория хочет все больше и больше разных фильмов из вселенной «Звездных войн», то зачем ей в этом отказывать? Тем более Лукас придумал, как делать сиквелы, которые отличаются друг от друга. Сейчас же их штампуют по принципу «то же самое, только больше и масштабнее». Студии тратят так много на свои блокбастеры, что им нужны гарантии возврата этих денег, так что они стоят над режиссерами и диктуют им свои условия. У Джорджа никогда такого не было, он сам продюсировал кино на свои деньги, и никто не говорил ему, что надо делать. Отличный сиквел получился и у Джеймса Кэмерона с «Чужими», максимально непохожий на первый фильм боевик о женщине-воине. При этом он идеально вписывается во вселенную, созданную Ридли.




«Чужие»


— Так что все-таки случилось с оригинальными проектами? Почему так много сиквелов, приквелов, спин-оффов, кроссоверов? И как нам выбраться из этого порочного круга?


— Индустрия дошла до такой точки, когда уже невозможно вместить все эти франшизы и сделать так, чтобы каждая из них приносила прибыль или хотя бы окупалась. Поэтому так много дорогостоящих провалов в последнее время. Студии виноваты в том, что они готовы финансировать только сиквелы. Они тратят 300 миллионов на производство и столько же на маркетинг, поэтому им во что бы то ни стало надо вернуть свои деньги, ведь любой подобный проект может обанкротить даже мейджора. Они созывают целые комиссии для работы над сценарием, чтобы убедиться, что новый фильм метит в те же самые точки, в которые попал предыдущий. Они созывают тех же самых актеров, помещают их в ту же самую среду. Это все выйдет студиям боком, потому что в какой-то момент, думаю, аудитория просто утомится от всего этого. Хотя кто разберет.


Помню, когда вышел трейлер первого «Властелина колец», я пришел к своему менеджеру под впечатлением и говорю ему: «Вау, вот это трейлер, оцени!» Он посмотрел и покачал головой: «Это кино с людьми на лошадях, оно никогда не взлетит. Мы все знаем, что это прямой путь к банкротству студии». Но оно взлетело так, что никому мало не показалось. Думаю, тут выход один — побольше доверять кинематографистам, готовым плыть против течения и нарушать все правила, по которым создаются большие студийные проекты. Спасение придет от рук режиссеров с оригинальным видением и подходом к работе.


— Вы и сами в этом деле преуспели. Вы начали ставить свои собственные фильмы еще в начале 1980-х. Вам в режиссуре как-то помогло то, что вы уже работали над известными проектами декоратором и художником-постановщиком?


— Да, очень помогло. Как декоратор и художник-постановщик я оказывался на съемочной площадке сильно заранее, за месяцы до того, как там начинались собственно съемки. И мы постоянно что-то обсуждали с режиссером, сценаристами и создателями раскадровок. Я в процессе многому учился у режиссера. А еще мне помогло то, что я наловчился создавать декорации из г***а и палок. Это очень полезное умение для режиссера, у которого всегда очень ограничен бюджет. Я ведь снимал независимые фильмы за гроши, но на экране они всегда выглядели дороже.




«Звездные войны»


— Знаете, я по долгу службы часто бываю на съемочных площадках крупнобюджетных проектов. И там меня постоянно удивляет, насколько кропотливо целая толпа людей трудится над чем-то, что, скорее всего, даже не будет заметно на экране. Они создают декорации и реквизит в потрясающих подробностях, а в итоге часто все, что мы видим на экране, — это общий план.


— Да, это правда. Когда я работал над «Звездными войнами», Джордж точно знал, что ему надо. Мы никогда не делали ничего, в чем не было необходимости. Все, что было построено, создано, сконструировано на площадке, оказывалось в кадре в необходимом виде. Все потому, что Джордж также был искусным монтажером, и он монтировал свой фильм уже на уровне раскадровок. Никто не делал лишней работы, потому что на это не было денег. Самое обидное — это когда режиссер не знает, чего хочет. Я работал над проектами, где от меня требовалось выстроить круговую декорацию в 360 градусов, при этом никто не понимал, как они это будут снимать. Мол, вы стройте, а там разберемся. И это случалось довольно часто. Такая трата времени и денег: целая армия людей работает над деталями, которые могут быть в кадре, а могут и не быть. Могут быть крупным планом, а могут и общим. Ну куда это годится?


— Лучше бы они все эти деньги, время и усилия потратили на написание хороших сценариев, правда же?


— Это точно! Написание сценариев — вымирающее искусство, особенно в Америке. Все самые лучшие сценарии сейчас пишут для телевидения. Потому что у них нет рамок и нет студийного диктата, нацеленного на отбивание продюсерских денег. И это сказывается на качестве, поэтому зрители с такой охотой обращаются к телевизионным проектам.


— Какие у вас любимые сериалы?


— В последнее время в основном британские. «Корона» прекрасно написана, снята и сыграна. «Пропавший без вести» с Чеки Карио тоже отличный. И мне все еще нравится «Доктор Кто». Но все же мой самый любимый из них — это «Шерлок». Потрясающий сценарий, просто потрясающий. Я каждый сезон пересматривал по несколько раз, чтобы во всех деталях понять, что там происходит. Ну и Камбербэтч просто лучше всех.




Роджер Кристиан


— Напоследок расскажите, над чем вы сейчас работаете?


— О, это долгая история. Еще в начале 1980-х я решил, что хочу стать режиссером и писать собственные сценарии. И тогда я написал короткометражку «Черный ангел», средневековый миф в стиле короля Артура. Эти легенды я очень люблю с детства. Джордж Лукас договорился, что мою короткометражку будут показывать перед фильмом «Империя наносит ответный удар», поэтому мне британское правительство выделило грант в виде 25 тыс. фунтов. Я планировал снимать кино в Шотландии, потому что до этого там никто ничего не снимал. Как можно не использовать эти локации, этот величественный горный ландшафт? Так что я собрал группу из 13 человек, четверо из которых были актерами, и мы все отправились в Шотландию, чтобы снять нашу историю на камеру «Синемаскоп» в красивейшем замке Эйлен-Донан и его окрестностях.


Мне было важно, чтобы фильм сопровождала подходящая музыка, потому что я хотел снять такую махровую тарковщину: мало денег, мало диалогов, много медитативности. А потом негатив был утерян. Его нашли только в 2011-м, а четыре года назад прошел единственный кинотеатральный показ в Америке, статья о котором появилась в «LA Times». На сайте она набрала 500 тысяч просмотров за неделю, и пошло-поехало. Дальше прокат в кинотеатрах Шотландии, кинофестивали, Netflix, iTunes, YouTube и все такое. Три года назад я был на встрече с продюсером Алексом Тейтом, мы обсуждали другой проект. А потом он мне сказал: «Роджер, я хочу снять с тобой какое-нибудь фэнтези! У тебя есть идеи? И что это за „Черный ангел“ такой, о котором все говорят?» И вот я рассказал ему, о чем это кино, и он сразу воодушевился: «Вот! Вот этим мы и займемся!»


Сейчас я закончил сценарий, и мы находимся на последних стадиях согласования бюджета с инвесторами. Я хочу снять полнометражное кино в той же манере, что и короткометражный оригинал — приземленное, грязное, суровое. Мы отправляемся снимать в Венгрию, потому что там есть две киностудии с огромными павильонами и декорациями, которые я могу адаптировать под свои нужды, и это сэкономит мне 10—15 млн долларов на производстве. Кое-что, конечно, мы снимем в Шотландии, потому что красоты этой страны ничем не заменить. Я много лет хотел заняться этим проектом, и только теперь у меня появилась такая возможность. Стоит сказать спасибо за это «Игре престолов». Этот сериал вызвал у публики интерес к подобного рода средневековым историям. Опять же как и в случае с «Властелином колец», даже несмотря на культовую литературную основу, никто не предполагал, что «Игра престолов» станет настолько популярной. А она возьми и стань. Моя история, правда, уходит корнями еще глубже и представляет собой классический мономиф. Концептуальное кино с минимальным бюджетом. Мы планируем приступить к съемкам в этом году, а потом монтировать в Лондоне. Глядишь, и в прокат выпустим.



Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.