Сэм Рокуэлл: «Может, я стану следующей Суперженщиной?»

Сэм Рокуэлл: «Может, я стану следующей Суперженщиной?»

Сэм Рокуэлл / Фото: Getty Images


«Три билборда на границе Эббинга, Миссури» Мартина МакДоны собираются не на шутку биться за «Оскар» как лучший фильм года. А Сэму Рокуэллу, сыгравшему там копа-расиста (маменькиного сынка, дурня и жестокого психопата), грозит награда за блестящее исполнение роли второго плана. При этом вокруг его персонажа не утихают споры: авторов упрекают в том, что они сопереживают ему и вместо монстра видят просто человека. И виновен в этом, конечно, не только Мартин МакДона, но и Рокуэлл, который, похоже, искренне любит всех своих героев.


При встрече с КиноПоиском актер честно признался, что вечером накануне выпил слишком много «Негрони», но все же постарался ответить на вопросы.




На съемках фильма «Три билборда на границе Эббинга, Миссури»


— Скажу честно: если бы я была актрисой и мне прислали такой сценарий, то я прыгала бы от счастья.


— Так я и прыгал! Это не сценарий, а настоящий рождественский подарок. Причем такой подарок-сюрприз: ты его постепенно разворачиваешь и все больше и больше радуешься. Потрясающий сценарий, в нем все прекрасно: персонажи, диалоги, сцены.


— Вы играете копа-расиста. Как вам кажется, ваш персонаж — это реакция на политическую ситуацию США?


— Да, я думаю, что Голливуд реагирует на текущую ситуацию. То, что происходит в нашей стране, — это просто ужасно. Как будто время повернулось вспять. Но очень часто плохие времена порождают хорошее искусство.


— Вы когда-нибудь встречали в реальной жизни людей, похожих на вашего героя?


— Честно говоря, мне встречались только удивительно милые копы. В процессе подготовки к съемкам я проводил исследование — проехал вниз по Миссури, пообщался с копами. Они брали меня на патрулирование, показывали, как арестовывать задержанного. Больно немного, кстати, но все равно интересно. Также я встречался с людьми, которые пережили пожар, пытался понять, как они себя чувствуют.




«Три билборда на границе Эббинга, Миссури»


— Как вам помогли встречи с копами?


— Я хотел понять, как они ходят, как стоят, как разговаривают. Много смотрел шоу «Полицейские» — классная передача, кстати, вы зря смеетесь. В общем, мне важно было понять, кто они такие.


— А как они реагировали? Такое пристальное внимание может быть неприятным, нет?


— Ну, я же просто проводил с ними время. Мол, посмотрите, я классный парень, со мной весело. Конечно, первый час они нервничали, а потом уже забывали про мою цель и расслаблялись. Они клевые ребята, а еще их можно напоить. Но нет, я так не делал. Нет.


— Выходит, с расистами вы вовсе не встречались?


— Среди моих консультантов был один человек, он раньше был расистом, разделял концепцию превосходства белых, но потом отрекся от этих убеждений. Так вот, он сказал мне очень правильную вещь: «Ты не ненавидишь черных — ты ненавидишь себя». Вот и все объяснение. Вспомните Гитлера, который мечтал стать художником и страдал от того, что его не приняли в академию. Что в итоге вышло? Мне кажется, что причина многих бед в нелюбви к себе и в невнимательности общества. У нас в США этого очень много. И эта нелюбовь перерабатывается в злость.




«Три билборда на границе Эббинга, Миссури»


— Как вам точка зрения, что ваш герой в конце концов переключает все внимание зрителей на себя?


— Я так не думаю. У Фрэнсис МакДорманд очень важная и большая роль. И у Вуди Харрельсона — он наш Христос, без него наша история бы не существовала. Вообще это фильм-иллюзия, он постоянно обманывает зрителя, но в хорошем смысле: вам кажется, что история будет развиваться в одном направлении, а она убегает в другую сторону. А как иначе? Иначе скучно. Надо удивлять и удивляться.


— Как вам работалось с Фрэнсис МакДорманд? По ее персонажам можно предположить, что и в жизни с ней не забалуешь.


— Фрэнсис очень классная. На самом деле она ранимая и нежная, но при этом и очень суровая. Мне кажется, что Фрэнсис и в реальной жизни вполне могла провернуть этот трюк с билбордами. Она жесткая, у нее есть убеждения, но при этом она милейший человек. Жесткая и мягкая одновременно.




«Три билборда на границе Эббинга, Миссури»


— Ваш герой еще и маменькин сынок. Как вы готовились, чтобы показать эту его сторону? Советовались с мамой?


— Думаю, у каждого мальчика в какой-то степени есть Эдипов комплекс, и каждый раз, когда мы играем кого-то вроде Гамлета или вот Диксона из нашего фильма, это оказывается кстати. Играть подобное в «Билбордах» было весело. Еще и потому, что Сэнди Мартин, изображавшая мою маму, очень смешная. Я постоянно хохотал во время наших совместных сцен.


— Ваш герой задействован в сценах с жестокими драками. Вас там каскадеры заменяли?


— Помните сцену, где мы выкидываем парня из окна? Она снята одним планом, и на это ушло полдня. То есть мы начинаем драться с другим актером, он падает, камера следует за мной, я разбиваю окно, в это время актер бежит вниз, его место занимает каскадер. Каскадера мы выкидываем в окно, он при этом остается цел и невредим, а актер уже внизу лежит весь в крови, и я спускаюсь, чтобы его добить. Где-то пять дублей мы запороли: то я не могу разбить окно (там ведь нужно ударить в конкретную точку), то еще что-то. Но потом все-таки сняли три рабочих дубля. Сложная сцена, но наш хореограф до этого ставил атаку медведя в «Выжившем», так что он мастер.




«Три билборда на границе Эббинга, Миссури»


— Вы, Вуди Харрельсон и Фрэнсис МакДорманд имеете опыт игры в театре. Как думаете, это повлияло на «Билборды»?


— Мне кажется, этот опыт делает нас более последовательными. А еще мы можем бесконечно повторять одни и те же сцены. Вообще ведь многие потрясающие киноактеры пришли из театра. Фрэнсис и Вуди сыграли тонну театральных ролей, а Мартин МакДона вообще пришел из театра. И я как-то играл у него в пьесе.


— Сегодня выходит немало картин о толерантности. Авторы дают свои ответы на вопрос о том, как сделать мир более терпимым и добрым, как заставить людей немного больше любить и понимать друг друга. Какой у вас вариант?


— Что может заставить людей больше любить друг друга? Алкоголь! Впрочем, спорт — это тоже круто. Если бы мы бегали, играли в шахматы, футбол или волейбол, вместо того чтобы воевать, это было бы правильно. Желание соревноваться — это совершенно нормально, но вопрос в том, во что оно выливается. Например, когда я рос, был популярен брейк-данс, и танцевальные батлы заменяли драки для парней с улиц. Они танцевали, вместо того чтобы биться. Мне кажется, нам всем нужно заниматься чем-то таким. Или вот выпивать вместе — это тоже отличная идея. Если бы расист, член ку-клукс-клана и черный парень просто сели и поговорили, выпили кофе или «Негрони», как я вчера, они бы наверняка нашли что-то общее и перестали бы ненавидеть друг друга.


— Судя по вашему фильму, некоторые все же нуждаются в хорошем ударе по лицу.


— Ну, это же вестерн, что вы хотите? Законы жанра.


— К слову, Фрэнсис на съемках вдохновлял Джон Уэйн, а у вас есть любимые звезды вестернов?


— Конечно. Я люблю того же Джона Уэйна, Стива МакКуина, Ли Марвина, Клинта Иствуда, Гэри Купера.




«Три билборда на границе Эббинга, Миссури»


— Из вашей фильмографии какие работы самые любимые?


— Наверное, эта и есть самая любимая. Еще «Семь психопатов», конечно. «Признания опасного человека», «Автостопом по галактике». Я вообще считаю, что мне очень повезло.


— А супергероя сыграли бы?


— Да, конечно! Надеюсь, после этого фильма меня наконец-то пригласят. Может, я стану следующей Суперженщиной?


— А пока что вы собираетесь играть Джорджа Буша-младшего. Опять антигерой?


— Мне нравится Джордж, он милый!


— По сравнению с кем? С Дональдом Трампом?


— Ну, Трампа-то точно не назвать милым. Я думаю, что Буш был не так уж и плох... Ну да, он наделал глупостей, но он не такой нарцисс, как Трамп. Да, он временами зазнавался, но он знает об этом и смеется над собой. Хотя… Ирак был кровавым месивом. Может быть, вы и правы, он выглядит не таким уж и плохим только из-за Трампа. Мы вроде как даже скучаем по нему теперь.



Источник
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.